Военно-Топографическая служба

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.



11 ВКЧ

Сообщений 1 страница 2 из 2

1

11-я Военно-картографическая часть

Северо-Кавказская картографическая часть (1931–1933)
Ростовская картографическая часть (1933–1945)
Ростовская военно-картографическая часть (1945–1971)
11-я Военно-картографическая часть (1971–2009)

Из приказа начальника военных топографов № 1 от 17.01.1931г. «…Ввести в действие с 15.01.1931г. утвержденные Наркомвоенмором [2.01.1931г. – авт.] новые штаты военно-топографической части и учреждений: …-По штату № 22/4 переформировать Южный ВТО в Северо-Кавказскую картографическую часть по штату литера «А» численностью 30 человек». (Основание – директива штаба РККА № А8/20023 от 11.01.1931г.). По этому штату предусматривались: начальник части и его помощник; инженер-топограф; старший топограф (картограф) – 5; топограф (картограф) 1-го разряда – 6; чертежники-картографы – 10; заведующий делопроизводством; делопроизводитель. В состав части входила также фотография с альграфией (4 человека). По сформировании Северо-Кавказская картографическая часть вошла в непосредственное подчинение Картографическому отделу Управления военных топографов РККА.
15.01.1931г. открыты 9-ти месячные курсы чертежников в количестве 20 человек. Основную часть программы составило топографическое черчение, также преподавались общеобразовательные предметы, топография и военное дело. Летом один месяц курсанты производили практические топографические съемки.
Приказом РВС СССР № 16 от 3.02.1931г. определено, что снабжение войсковых частей и учреждений СКВО и Кавказской Краснознаменной армии топографическими картами производится Северо-Кавказской картографической частью.
В соответствии с директивой штаба РККА № 5/30244 от 1.02.1933г. часть к 1 марта перешла на новые штаты с переименованием «Ростовская картографическая часть» с подчинением начальнику 7-го управления штаба РККА (с 1940г. ВТУ ГШ). По новому штату образованы отделения – чертежных работ, составления и корректуры карт, по изготовлению клише.
В 1931-1937гг. часть выполняла следующие основные работы: вычерчивание карт Западного пограничного пространства; составление и вычерчивание карты масштаба 1:50000 по старым полуверстовым и верстовым картам, по материалам полевых съемок военно-топографических отрядов и гражданских организаций; составление карт масштаба 1:100000 на территорию Северного Кавказа. Закавказья и Украины.
Массовые репрессии в стране затронули и Ростовскую картографическую часть. Особым отделом ГУГБ НКВД СССР по СКВО было сфабриковано «Дело Ростовской картографической части». 12.10.1937г. арестован начальник части интендант 1-го ранга К.Ю.Алехнович. Первый допрос состоялся лишь 27.12.1937г., в результате которого появился «Список лиц, проходящих по показаниям Алехновича», на 8 человек. Все они были арестованы, причем некоторые из них (уже уволенные из РККА) были препровождены в г.Ростов-на-Дону из г.Киев и из Подмосковья. В 1937-1938гг. арестованы: бывший помощник начальника картографической части (уволен из РККА 15.06.1937г.) интендант 1-го ранга К.И.Румянцев; бывший помощник начальника картографической части по технической части (уволен из РККА 16.05.1937г.) майор А.Г.Неверов (Богословский); бывший начальник издательского отделения (уволен из РККА 1.09.1937г.) капитан Г.Н.Кононенко; бывший младший инженер (уволен из РККА10.03.1938г.) капитан Е.Г.Воронцов; бывший младший инженер (уволен из РККА 15.06.1937г.) капитан В.А.Янов; бывший старший картограф (уволен из РККА 15.06.1937г.) капитан В.Ф.Эрцен-Глерон; бывший старший картограф (уволен из РККА 10.03.1938г.) лейтенант Н.Д.Потерухин; бывший картограф 1-го разряда (уволен из РККА 16.05.1937г.) старший лейтенант Э.А.Халлик. Арестованным предъявлялись обвинения: в шпионской деятельности в пользу иностранных государств (Германии, Чехословакии, Польши); во вредительской деятельности (якобы обвиняемые планировали поджечь или взорвать картографическую часть); в преднамеренном искажении информации на топографических картах и т.п.
Решением комиссии НКВД и Прокуратуры СССР все 9 человек приговорены (К.Ю.Алехнович – 20.02.1938г., Н.Д.Потерухин – 2.09.1938г., все остальные – 5.09.1938г.) к расстрелу. 6.09.1957г. Военный Трибунал реабилитировал всех репрессированных «за отсутствием состава преступления».
В ходе расследования «Дела Ростовской картографической части» были арестованы еще два офицера части: помощник начальника по технической части военинженер 3-го ранга С.Д.Дорожкин (арестован 10.07.1938г.) и младший инженер военинженер 3-го ранга К.А.Охотницкий (арестован 11.07.1938г.). На предварительном следствии, под пытками, они признали себя виновными во вредительской деятельности, но на судебном заседании заявили о вынужденном самооговоре и своей невиновности. Дело было возвращено на доследование, оба офицера оправданы и освобождены. В Красной Армии восстановлены не были.
В конце 1937г., после ареста К.Ю.Алехновича, во временное исполнение обязанностей начальника части вступил прибывший из г.Москва военинженер 2-го ранга С.Г.Шатунов (утвержден в должности 5.06.1938г.).
В 1938-1941гг. часть выполняла следующие основные работы: перечерчивание двухверстной карты Дальневосточного края в рамки карты масштаба 1:100000 (1938г., период осложнения в советско-японских отношениях, вылившийся в военный конфликт в районе оз.Хасан 29 июля – 11 августа); составление карт на территорию Финляндию во время советско-финляндской войны 30.11.1939г.–12.03.1940г.; составление и вычерчивание карт на территорию Прибалтики, Польши, приграничной Азиатской части СССР (1940-1941гг.).
Приказом по ВТС КА № 034 от 23.12.1939г. коллективу Ростовской картографической части вручено переходящее Красное Знамя, как лучшей среди камеральных частей ВТС (выполнение годового плана за 8 месяцев, применение впервые в картографическом производстве стахановских методов труда. Инициаторы этого движения были приняты начальником управления ВТС военинженером 1-го ранга М.К.Кудрявцевым).
С начала Великой Отечественной войны часть перешла на штат военного времени № 022/908 с переводом на круглосуточную работу. Произведен досрочный выпуск с курсов чертежников-картографов (за время существования части произведено 10 выпусков, в общей сложности подготовлено свыше 200 чертежников-картографов). В первые месяцы войны были подготовлены к изданию сотни оригиналов листов карт на территорию Украины, Крыма и р.Дон. Во время проведения Донбасской оборонительной операции (29 сентября – 4 ноября 1941г.) ввиду угрозы захвата г.Ростов-на-Дону немецкой 3-й танковой армией, картографическая часть получила приказание об эвакуации в г.Пятигорск. 10 октября все производственные работы были прекращены, оборудование фотоальграфии демонтировано. 13 октября, после двухдневного перехода, часть в полном составе прибыла в г.Пятигорск, где разместилась в помещениях по ул.Сакко и Ванцетти, дом 2. С 16 октября были возобновлены работы в составительских отделениях. Несколько позднее (после монтажа фототехнического оборудования) издательское отделение развернуло картографические работы по заявкам Южного фронта. В целом за 1941г. частью было подготовлено 1009 издательских оригиналов карт различных масштабов, при этом большинство выполняемых работ имело характер спешных оперативных заданий. 
  В соответствии с приказом НКО СССР № 075 от 29.01.1942г. (объявлен в приказе по ВТС КА № 04 от 3.02.1942г.) Ростовская картографическая часть перешла на новый штат № 022/105 «А».
В связи с активизацией деятельности противника в регионе Северного Кавказа шифротелеграммой начальника ГШ КА № ГШ/159 от 30.07.1942г. части предписывалось передислоцироваться в г.Кировабад (Азербайджанская ССР). В период 5-8 августа в г.Кировабад выехали 64 чертежника, 13 картографов, 4 рабочих альграфии, 6 человек начсостава, 12 семей начсостава, один вагон с клише, картографическими материалами и имуществом. В то же время в г.Тбилиси был доставлен весь картографический материал срочных работ. 8 и 9 августа в пять вагонов и на две платформы были погружены весь остальной состав части, семьи начсостава, все оборудование фотоальграфии и остальное имущество. Эвакуацией руководил прибывший из г.Москва заместитель начальника отдела снабжения войск картами ВТУ ГШ полковник С.А.Котрелев (одновременно он руководил эвакуацией из г.Пятигорск склада топографических карт № 331). Утром 9 августа, при получении известия о подходе противника к г.Минеральные Воды, были взорваны все железнодорожные пути. Эшелон был лишен возможности выехать из города. Начальник части майор К.М.Ягунд приказал уничтожить оборудование и имущество и следовать из г.Пятигорск пешим порядком. В 13 часов началось построение колонны, но в это время начался обстрел города прорвавшимися немецкими танками. Танки противника действовали при поддержке мотопехоты. Семьи начсостава картографической части были срочно вывезены с вокзала, а личному составу было приказано уходить из города небольшими группами. Сборным пунктом назначен г.Нальчик. Сжечь имущество, находящееся в вагонах, не удалось.
В 13.20 командирская машина, в которой ехали начальник части, военный комиссар части и некоторые офицеры, попала под обстрел (при выезде из города). Были убиты начальник финансовой части техник-интендант 1-го ранга В.М.Колембет и картограф 1-го разряда интендант 3-го ранга Н.А.Михеев.
В этот же день погиб и полковник С.А.Котрелев. Убедившись, что вагоны с картами СТК № 331 полностью уничтожены, он выезжал на автомашине из города, но был убит на Советском проспекте очередью из пулемета. Похоронен местными жителями в саду около дома, где погиб. В январе 1943г., после освобождения г.Пятигорск советскими войсками, его тело было найдено офицерами штаба 62-го геодезического отряда и с воинскими почестями перезахоронено на городском кладбище.
При эвакуации из г.Пятигорск Ростовская картографическая часть полностью потеряла фотоальграфию и типографию, частично чертежные инструменты и складское имущество. Семьи большинства офицеров также остались в оккупированном г.Пятигорск.
Собравшись в г.Нальчик, часть получила приказание двигаться в г.Тбилиси. Директивой ГШ КА от 16.08.1942г. части определен пункт постоянной дислокации г.Тбилиси с подчинением начальнику топографического отдела штаба Закавказского фронта.
По прибытии в г.Тбилиси (14 августа) часть заняла некоторые помещения 37-го топографического отряда (ул.Марата, дом 73). Уже 15 августа часть приступила к выполнению картографических работ в интересах войск и штабов. Всего за 1942г. сдано в печать 1183 листа карт разных масштабов территории Южного и Закавказского фронтов, составлено 16 планов городов. Для нужд фронтов подготовлены к изданию списки координат 9968 геодезических пунктов. Составлены специальные списки координат геодезических пунктов для укрепленных районов, топографических и геодезических отрядов, топографических отделов штабов армий с общим числом 21538 пунктов. Произведено вычисление координат 6000 геодезических пунктов.
На территории Ростовской картографической части в оккупированном г.Ростов-на-Дону разместилась немецкая картографическая часть. В ее составе работали картографами шесть бывших офицеров Ростовской картографической части, отставших при эвакуации. Чертежниками работали прибывшие из г.Пятигорск члены семей комсостава. Впоследствии эти бывшие офицеры в составе немецко-фашистских войск эвакуировались на Запад.
14.02.1943г. советскими войсками освобожден г.Ростов-на-Дону. Директивой ГШ КА № орг/5/140514с от 15.10.1943г. части было предписано передислоцироваться из г.Тбилиси в г.Ростов-на-Дону. Перед убытием частью были получены оборудование и некоторые материалы для фотоальграфии от Тбилисской картографической части и топографического отдела штаба Закавказского фронта. Первые вагоны с личным составом и имуществом  картографической части убыли в ночь с 9 на 10 ноября, а рано утром 17 ноября прибыли в г.Ростов-на-Дону. 29 ноября прибыли вагоны с фототехническим оборудованием и частью личного состава.
Из приказа по ВТС КА № 060 от 2.12.1943г.: «…Ростовская картографическая часть, находящаяся в подчинении топографического отдела Закавказского фронта, полагать прибывшей из г.Тбилиси к месту своей прежней дислокации г.Ростов-на-Дону (ул.Энгельса, 81) 29.11.1943г. в полном составе с непосредственным подчинением ВТУ ГШ».
По прибытии в город личный состав своими силами приступил к восстановлению полуразрушенного здания части, и уже 5 декабря картосоставительское отделение приступило к выполнению оперативных заданий. Однако полное развертывание производственной работы тормозилось медленным и трудным восстановлением фотоальграфии (установка и монтаж оборудования закончены только к 23.02.1944г.), а также отсутствием типографии. В 1944г. часть получила полное техническое оснащение с пополнением в кадрах, окончательно восстановлены все производственные помещения.
  Приказом по ВТС КА № 035 от 7.08.1944г. часть переведена на новые штаты. Из приказа: «…С 15.08.1944г. перевести на новые штаты: …-Ростовскую картографическую часть со штата № 022/105 «А» на штат № 022/23 и оставить в непосредственном подчинении ВТУ ГШ».
Приказом начальника ВТС КА № 040 от 29.09.1944г. Ростовской картографической части установлен день годового праздника – 1 мая (вероятно, ближайший день к дню формирования Южного ВТО в апреле 1920г.). Эта же дата (1 мая) была установлена приказом Министра обороны СССР  № 00149 от 30.12.1961г.
Указ Президиума Верховного Совета СССР № 225/268 от 20.04.1945г. (объявлен в приказе по ВТС КА № 14 от 26.04.1945г.): «В ознаменование 25-летней годовщины Ростовской картографической части Военно-топографической службы Красной Армии и за выдающиеся успехи в изготовлении топографических карт для Красной Армии наградить орденом Красной Звезды Ростовскую картографическую часть Военно-топографической службы Красной Армии». Из приказа начальника ВТС КА № 6 от 30.04.1945г.: «…Впредь именовать Ростовскую картографическую часть – Ростовская ордена Красной Звезды военно-картографическая часть».
За время Великой Отечественной войны (1941-1945гг.) частью сдано в печать 3025 оригиналов карт разных масштабов.
К 1.05.1945г. вновь открыты курсы по подготовке техников-картографов, состоящие из 12-ти чертежников. Приказом начальника ВТС КА № 026 от 30.10.1945г. картографическая часть выведена из подчинения ВТУ ГШ и подчинена начальнику топографического отдела штаба Донского военного округа, переименованного 4.02.1946г. в Северо-Кавказский военный округ. 27.09.1946г. части вручено Боевое Красное Знамя. 1.01.1950г. часть перешла на хозрасчет и самофинансирование.
1.10.1957г. ВКЧ передислоцирована в здание на ул.Юфимцева, дом 4. Часть выполняла картосоставительские работы по заданиям топографической службы СКВО и ВТУ ГШ.
В соответствии с директивами ГШ ВС СССР № орг/1/61637 от 14.08.1962г. и ВТУ ГШ № 200150 от 28.11.1962г. с 1 января 1963г. внесено уточнение в действительное наименование части, часть стала именоваться «Ростовская военно-картографическая ордена Красной Звезды часть». 31.03.1965г. решением Военного Совета СКВО и Ростовского областного Совета профсоюза часть получила почетное наименование «Предприятие коммунистического труда». 
С 15.12.1971г., согласно директив Главного штаба Сухопутных войск от 18.11.1971г. и штаба СКВО от 9.12.1971г., часть получает наименование «11-я Военно-картографическая ордена Красной Звезды часть».
29.09.1993г. части утвержден статус Государственного предприятия  МО РФ (директива ВТУ ГШ № 320/1/2287 от 15.10.1993г.). Утвержден устав 11-й ВКЧ, за предприятием закреплено государственное имущество на праве хозяйственного ведения.
В соответствии с директивой ГШ ВС РФ от 23.08.1993г. часть с 1 октября 1993г. выведена из состава частей СКВО и вошла в состав частей центрального подчинения ВТУ ГШ. Согласно директивы заместителя начальника ГШ ВС РФ от 25.09.1993г. (объявлена в приказе ВТУ ГШ от 15.10.1993г.) с 1 декабря 1993г. часть перешла на открытое наименование «11-я Военно-картографическая ордена Красной Звезды часть». 16.02.1994г. часть внесена в Государственный реестр промышленных предприятий Российской Федерации.
С 8.01.2002г. часть именуется «Федеральное государственное унитарное предприятие «11-я Военно-картографическая часть Министерства обороны Российской Федерации».
В 2009г. часть переведена на новый облик, в соответствии с которым все офицерские должности упразднены. В  соответствии с приказом Министра обороны Российской Федерации № 229 от 23.04.2009г. ФГУП «11-я ВКЧ» приватизирована путем преобразования в открытое акционерное общество «11-я Военно-картографическая часть» (с 17.06.2009г.), а директивой ГШ ВС РФ № 314/9/4520 от 14.11.2009г. часть с 1 декабря 2009г. исключена из состава ВС РФ с включением в холдинг ОАО «Оборонсервис». 

Начальники части:
военный топограф А.П.Суетов (1.03.1931–23.03.1934);
военный инженер-геодезист Ф.М.Торопкин (23.03.1934–3.03.1936);
интендант 1-го ранга К.Ю.Алехнович (13.05.1936–12.10.1937);
военинженер 2-го ранга С.Г.Шатунов (12.1937–17.04.1940);
майор К.М.Ягунд (17.04.1940–24.11.1942);
подполковник И.Н.Мельников (24.11.1942–18.08.1945);
подполковник В.М.Инспекторов (12.09.1945–3.02.1948);
полковник А.И.Усвицкий (7.02.1948–20.04.1953);
подполковник А.К.Кубышкин (20.04.1953–9.05.1955);
инженер-полковник Г.Д.Ковальский (09.05.1955–30.07.1960);
полковник И.Ф.Загайнов (30.07.1960–2.02.1970);
полковник В.М.Косягин (18.04.1970–30.09.1978);
полковник Н.Д.Ярема (10.12.1978–8.07.1986);
полковник В.Г.Кищенко (8.07.1986–18.11.1992);
полковник В.И.Стрельцов (20.01.1993–6.10.1997);
полковник Г.А.Хардиков (с 6.10.1997).

1. Долгов Е.И., Сергеев С.В. История частей топографической службы. – М. Издательство "Аксиом", 2012. – 643с.

2

КОШМАР, КОТОРЫЙ ДЛИЛСЯ ДЕВЯТЬ МЕСЯЦЕВ

С начала войны и до марта 1942 года Ростовская картографическая часть, в которой с января 1941 года служил мой отец – Рувим Маркович Шлепаков, – продолжала находиться в Ростове. Но когда стало ясно, что немцы могут захватить город, был получен приказ эвакуироваться в г. Пятигорск (Северный Кавказ). Эшелон, в котором мы находились, уходил из Ростова под бомбежкой.
Со слов отца, в 1939 году при Генеральном штабе Красной Армии учредили новое Картографическое управление, и решено было в составе каждого военного округа сформировать картографическую часть. Оказывается, накануне войны (в 1939 – 1940 г.г.) у «великой и могучей» державы не было качественных крупно- и мелкомасштабных карт собственной территории; имеющиеся были неточны, данные, нанесенные на них, устарели. За период с начала ХХ века и особенно в 20-е и 30-е годы было построено много новых предприятий, дорог, изменились государственные границы. В штабах дивизий и полков не было в достаточном количестве топографических карт, не говоря уже о батальонах и ротах. Да и сами науки картография и топография были к началу войны для многих младших и средних командиров малоизвестны. Папа рассказывал, что эти факты неоднократно были отмечены в приказах и других документах. В воспоминаниях одного из ветеранов Отечественной войны говорится, что в 1942 году при отступлении его командир батальона пользовался картой из книги Маяковского «Путешествие по Кавказу». Другой не было.
Картографическая часть, сформированная в каждом военном округе, имела в своем составе несколько (3-5) отделений (назывались они, кажется, издательскими), печатный цех и специальную библиотеку (где находилась специальная литература, различные справочники, таблицы по картографии, топографии, геодезии, аэрофотосьемкам и т. д.). Ростовская часть состояла, в основном, из молодых офицеров. Солдаты в этих частях не служили.
В Пятигорске всех эвакуированных расселили по квартирам. Мы оказались в одной очень порядочной семье. Фамилия их была Гавриловы. В июне 1942 года немцы подошли к Пятигорску. Опять-таки последним эшелоном должна была эвакуироваться папина часть с семьями и два военных училища, но в последний момент выяснилось, что железнодорожная ветка из Пятигорска перерезана немцами. Все офицеры части совместно с курсантами военных училищ по приказу ушли пешим порядком, а их семьи остались на вокзале. Готовые карты вывезли на двух грузовиках.
В городе царила неразбериха – по сути, власти уже не было. С вокзала все женщины с детьми пришли во двор, где была папина часть. В последний момент командир части оставил двух офицеров (причем папа рассказывал потом, что они сами вызвались), приказав им уничтожить два товарных вагона с оборудованием для печатания карт и часть самих карт. Им оставили три канистры с бензином и объявили дальнейший маршрут отступления.
Что случилось с одним из них, неизвестно. А вот второй с повязкой на руке, где было написано «полицай», вошел вечером во двор части и объявил семьям командиров (женщинам и детям), что решил остаться и сотрудничать с новой властью, что война вот-вот закончится, и им беспокоиться нечего. Женщины онемели. Новоявленный полицай – бывший советский офицер – продолжил: «Только вот Клара Шлепакова и Нина Кошелева с детьми должны явиться в городскую управу». Никаких объяснений – зачем и почему, не было дано, хотя и так было понятно. Все стали расходиться, а мама с тетей Ниной (она была еврейка, а муж – украинец, у нее была дочка Лида, старше меня на три года) пошли к нашей хозяйке на квартиру, где мы жили. Там она все рассказала хозяйке и ее мужу. Те сказали, чтобы мы пока жили у них и не «высовывали носа» на улицу, а они тем временем подумают, как быть дальше. Еще через день евреям объявили, что следует собраться с вещами и документами такого-то числа в определенном месте. На следующий день мама все же вышла в город, где встретила знакомую женщину. Та сказала маме: «Прячьтесь, вас уже ищет тот предатель-полицай», – и повторила, якобы, его слова: «Я должен найти этих жидовочек».
Еще раз (и в будущем много раз) склоняю голову перед смелостью, находчивостью и умом моей дорогой мамочки, а ей было в 42-м всего 28 лет.

http://s5.uploads.ru/t/O83ST.jpg

Когда она рассказала это тете Нине, та ответила, что делать нечего и надо делать так, как приказано. Много лет спустя, когда папу перевели в Ташкент, судьба вновь свела нас с тетей Ниной (муж ее уже служил там). И вот тогда я услышал с ее слов, как развивались события в том году: «Я ответила твоей маме, что надо подчиниться. Клара спросила меня, где мой паспорт. Я достала паспорт и протянула ей, с вопросом – зачем? Клара, не говоря ни слова, не сомневаясь ни минуты, разорвала его на кусочки, то же сделала и со своим. И сказала мне, если, мол, спросят, – паспорта сдали начальнику эшелона, а потом, в суматохе и неразберихе, в какой они оказались на вокзале, уже не нашли его».
Хозяйка как-то говорила маме, что у нее есть сестра, которая живет одна (единственный сын в армии) в г. Горячеводске (в девяти километрах от Пятигорска), и нам лучше скорее уехать к ней. Рядом с домом хозяйки были складские помещения, куда немцы что-то привозили, а обратно уезжали поздно вечером порожние. Мама договорилась с пожилым водителем грузовика, что он возьмет нас до Горячеводска. И вот с письмом от хозяйки к сестре мы с мамой и тетя Нина с дочкой уехали в Горячеводск. Сестра хозяйки тоже оказалась хорошим человеком и на несколько дней оставила нас у себя. Надо сказать, что и мама, и тетя Нина, которая была на несколько лет старше мамы, не были похожи на евреек. Тогда это было важно, а для нас оказалось просто спасением.
Оставаться в Горячеводске, рядом с Пятигорском, было опасно, и мама решила, что следует уехать куда-нибудь подальше. Как и почему они остановились на станице Крыловской Краснодарского края, я не знаю. Станица Крыловская была большая, с крепкими усадьбами и просторными домами. Многие хозяева были заинтересованы взять эвакуированных, ибо, если в доме жило много народа, особенно детей, то немцы туда заглядывали реже, а если им надо было переночевать, старались останавливаться в домах, где меньше людей.
Итак, учитывая ситуацию, мама с тетей Ниной решили остановиться у одной женщины, армянки, с пятью маленькими детьми, с постоянной вонью в доме из-за вечно полных горшков. Муж ее был в армии, в доме – большое приусадебное хозяйство, и хозяйка даже обрадовалась двум молодым женщинам всего с двумя детьми, надеясь на их помощь. Армянка и ее черноволосые дети подсказали маме хорошую идею. Моя внешность была явно нерусская. Позже дважды немцы говорили маме, что ее ребенок не похож на нее, и спрашивали, в кого он такой черный. Ответ был готов: муж армянин, родственник хозяйки. Ей мама, рискуя, вынуждена была сказать правду. Потом мама со смехом и с большой благодарностью вспоминала, как постоянно кто-то из детей сидел на горшке, и когда немцы заглядывали в дом, воротили нос.

http://s2.uploads.ru/t/ygb8l.jpg

Станица располагалась на пути от Краснодара и Ростова на Северный Кавказ. Движение войск было постоянным, почти каждую ночь в домах останавливались немцы. Очень часто, особенно зимой, открывая дверь нашей хаты, они произносили: «Русише швайн», и часто уходили искать что-то менее вонючее. Из того периода в моей памяти, конечно, с мамиными серьезными добавлениями, сохранились два эпизода, о которых расскажу.
Поздний вечер. Снаружи завывает ветер и валит снег. На дворе то ли декабрь, то ли январь. У меня температура, насморк, остальные все дети в таком же состоянии. И вдруг стучат в дверь – на ночевку вваливаются несколько немцев. Они притащили с собой половину туши коровы и просят отварить. Женщины не отказываются, но предупреждают, что все дети больные, и что у некоторых, кажется, есть сыпь, наверное, инфекционное заболевание. Один из немцев вдруг говорит, что он врач, может осмотреть детей и дать что-то из лекарств. Как мама потом рассказывала, он ей показался очень симпатичным и даже похожим на еврейского доктора. Он сразу почему-то обратился к маме: «Где твой ребенок? Раздень его». Очень внимательно осмотрел меня, потом всех детей, причем всех раздевал полностью – осматривал наличие сыпи. Естественно, за ним молча наблюдали все три мамы и все остальные немцы. Потом дал всем детям какие-то таблетки (жаропонижающие?), по маленькой плитке шоколада и сказал, что инфекция детская, и им можно переночевать. Вот когда мама подумала: какое счастье, что обряд обрезания мне не сделали.

http://s1.uploads.ru/t/DV1QB.jpg

И второй эпизод. Слышны глухие, пока еще далекие залпы орудий. Немцы отступают. Заходят в дом отогреться, отдохнуть и уезжают. Их сменяют другие: поспят и исчезают. И так несколько дней подряд. Последней ночью раздается стук в дверь, и тут же вваливается группа одетых в немецкую форму, но говорящих (вернее, матерящихся) по-русски, солдат. Злые, голодные, уставшие и, конечно, пьяные. Разделись и сели есть, пить, попросили что-то пожарить, сварить. Потом один из них выходит и идет в дом напротив – в большой, просторный, красивый дом, где нет маленьких детей и где всегда останавливались офицеры. Там тоже пьют. Хозяин дома был, к счастью, очень порядочным человеком, мама говорила, что слышала о его связи с партизанами. Так вот, подонок, который вышел из нашего дома, говорит офицерам: «Там полная хата жидов, как это немцы их оставили в живых, непонятно. Надо исправить эту ошибку». Офицер отвечает: «Оставь, надо самим уносить ноги». Хозяин дома, услышав это, поправляет: они армяне, а не евреи. Однако негодяй продолжает настаивать, что если не все, то вот Клава с ее ребенком точно жидовка (когда выписывали справку, мама указала, что ее имя Клава, а не Клара), что он хорошо разбирается, его не проведешь.
Этого «знатока» все же удалось уговорить сесть за стол и продолжить есть и пить самогон. А хозяин тем временем побежал к маме, передал весь разговор, взял еще две бутылки самогона для солдат, бросил ей свой полушубок и буквально приказал, чтобы они с Ниной быстро собрались и скорее уходили с детьми в небольшой лесок, который начинался сразу за околицей. И добавил, что наши очень близко и, может быть, завтра-послезавтра будут здесь. Остаток ночи все провели в лесу, укутанные в одеяла, окоченевшие. Мама все думала, как проверить, уйдут ли утром эти, и не придут ли следом такие же или еще более опасные. Когда рассвело, артиллерийская канонада усилилась, потом наступила тишина, и появились вдалеке танки. И только когда один из них с красной звездой на башне прошел недалеко от леса, можно было возвращаться спокойно. Было начало марта, кошмар, который длился девять месяцев, кончился.

http://s7.uploads.ru/t/M9gVc.jpg

http://www.lost-childhood.com/index.php … -shlepakov